2014
Этот сезон был под Gogol Bordello.
Со временем совершенно ненормальные твоему привычному миру вещи начинают восприниматься обыденно. Чтобы что-то рассказать, ты должен быть наблюдателем, тебя что-то должно впечатлить. Чтобы хорошо снимать – тоже. Но чем больше у меня набирается полевых сезонов, тем больше я участник всего того, что там происходит, а не сторонний зритель.

Ничего особенного же не происходит. Ну медведь. Ну олень. Ну северное сияние. Ну и?
В этом году я отчётливо понял нечто для себя новое: ничто рукотворное не воздействует на меня так же сильно, как различные природные явления. Бордовые от увядающей растительности и приглушённого спокойного вечернего света сопки под налётом свежего сентябрьского снега вставляют меня намного сильнее мощёных улочек, при всей моей любви ко вторым.

Впрочем, именно эту пору я застал на Алярмауте, а в этом году я был на двух участках. В июле-августе был Телевеем.
Но наш участок был сравнительно плоским. На всякий случай напомню, что Чукотка больше Украины и может выглядеть очень по-разному.
В этом году было просто невероятное количество гнуса. В 2014-м я узнал, что комары - ещё ничего по сравнению с мошкой. Это просто, мать его, другой уровень.

На мошку намного хуже действуют репеленты. ДЭТА ими практически не воспринимается, спирали срабатывают спустя полчаса-час. Она приземляется цепко и ловко, прихлопнуть её практически невозможно, с реакцией у этих ублюдков тоже всё в порядке. Укусы проходят долго, а вгрызаются эти твари в зону ремня, шею и пах. Мошка - это ад, когда её по-настоящему много.
В этом году я понял, что ненавижу походную романтику. Поле намного больше похоже на «Бойцовский клуб», чем на грушевский фестиваль. Ты расслаблен и удовлетворён не потому что «изгиб гитары жёлтой», а потому что «хочется сдохнуть, как хочется жить».
Но несмотря на всё сказанное, в точности я даже сам себе не смог бы объяснить, почему в поле так круто. В действительности, ты понятия не имеешь за чем именно ты едешь в этот раз, несмотря на то, что каждый год отправляешься за одним и тем же.
Так уж вышло, что посреди сезона у ноутбука гикнулось зарядное устройство.

Из булавок, ластика, спирали для комаров и изоленты удалось собрать некоторое подобие макбучного магнитного штекера. И он даже работал: питал ноутбук от сети. Но зарядить его был не в состоянии, заряд аккумулятора довольно быстро упал до нуля. А в таком состоянии Мак Ось работает издевательски медленно.

Всё это привело к тому, что обрабатывать фотографии мне было негде, нервы мои не выдерживали таких лютых тормозов. Одна фотография из RPP могла конвертироваться с минуту. Большинство кадров так и остались на карточке, там я их и просматривал. А поскольку снимаю я, очевидно, сериями, при пролистывании отснятого материала, если это делать быстро, получалась анимация. Помните, как рисовали в школе на полях похожие картинки на разных страницах, а потом быстро пролистывали? Вот примерно тоже самое.

Не было бы счастья, да несчастье помогло. Идея с полевым таймлапсом мне понравилась. Надеюсь, у вас нет эпилепсии.
После Телевеема и двух недель в Билибино я и ещё трое геологов отправились на подмогу самому северному отряду партии. Место называется Алярмаут.

На Алярмауте круто. Рекомендую.
Вот эта туча погубила мой Nikon D600. В дальнейшем снимать приходилось преимущественно на пятый Айфон.
Тем не менее, это был отличный сезон.
comments powered by HyperComments
«Полевая геология от первого лица» – канал про геологические байки. Подписывайтесь, все обновления этого раздела попадают прямиком туда.

Made on
Tilda